Труба = дело?

Сразу стоит оговориться: финансовая журналистика, основанная на аналитике глобальных финансовых процессов, прогнозы курсов активов и прочее, весьма захватывающее, возможно, чтение никогда не были «коньком» «Курской недели». Собственно, начиная наше расследование, мы и не претендовали на лавры Finansial Times. Даже его русской версии. Ну или «Главного бухгалтера» — для тех, кому МВА позволяет не задумываться над пафосом подписки. Нас интересовала деятельность «прачечных». Структур, занимающихся отмывкой денег…

АРХИМЕДА — В ТОПКУ?!

В общем-то, нам поначалу просто было интересно, соответствуют ли действительности сведения о связи задержания и освобождения под подписку о невыезде в Воронеже одного из бенефициаров сети заправочных станций «Калина Ойл» с некими данными об использовании преступниками в «отмывке» капиталов терминалов банка «Курскпромбанк». Что удалось узнать о роли «Курскпромбанка» в процессе черноземного «лаундеринга», была ли таковая роль и в какой стадии находится следствие, мы, безусловно, расскажем читателям по завершении нашего расследования. А пока речь пойдет о том, что в действительности и откуда выкачивает «Курскпромбанк». И ей-богу, простите за вульгаризм, данные, которыми обладает редакция, настолько, скажем так, позорненькие для серьезной банковской структуры, что уж лучше бы «Курскпромбанк» прокачивал какие-нибудь игорные сотни миллионов рублей, чем…

Впрочем, обо всем по порядку. А началось все с физики. Которая, как казалось в школе, никогда в жизни не пригодится. И с арифметики. Самой простой.

Вернее, с того, что нам на глаза попалось недавнее решение Рыльского районного суда, который под председательством судьи Николаевой осуществил невозможное. Опроверг закон Архимеда.

Да-да, даже не один из многочисленных законов Российского свода таковых. Рыльский суд вместе с «Курскпромбанком» 27 июля 2018 года опровергли едва ли не основной закон физики из открытых человечеством.

ЛАУНДЕРИНГ ПО-КУРСКИ И ПРАВОСУДИЕ ПО…

Произошло это, когда судья Николаева почему-то решила, что из подвала здания «Курскпромбанка» объемом 160 кубометров, ну то есть 160 000 литров, можно за один раз выкачать 480 кубометров воды, ну то есть 480 000 литров. Тому, у кого арифметика не самая сильная часть из полученных в школе знаний, и сдававшим ЕГЭ: 480 000 литров ― это ровно в три раза больше 160 000 литров. Тем из наших читателей, кто бывал, бывает или живет в Рыльске, без сомнения понятно, что 480 тонн воды — это примерно столько, сколько нужно, чтобы затопить весь Рыльск в его нижней части. Два раза. Тем из наших читателей, кому непонятно, как судья могла росчерком пера, как говорится, вычеркнуть Архимеда и его закон из истории человечества, надо пояснить, что в суд с иском, в основе которого лежит эта «научная сенсация», обратилось уважаемое учреждение — «Курскпромбанк». «Градообразующеуважаемое» — надо было бы сказать, если бы такое слово существовало. Ибо нельзя недооценить вклад в развитие этого маленького, но весьма значимого в плане истории российского города отца-основателя «Курскпромбанка» — Федора Григорьевича Хандурина. О нем — позже.

392 404 РУБЛЯ И ДВА РАЗА ПО 40 КОПЕЕК ДЛЯ ФЕДОРА. С ЛЮБОВЬЮ?

А пока, кстати, пара слов о самом иске. Банк обратился в суд с иском о взыскании ущерба в результате затопления своего подвала. И попросил взыскать с ответчиков 277 909 рублей, расходы за проведение обследования здания в размере 37 948 рублей 40 копеек, расходы на проведение экспертизы в размере 70 000 рублей и оплаченную госпошлину в размере 6 547 рублей 40 копеек. Ответчиками же выступили две женщины — мастера женских стрижек и причесок. Нет-нет, не стилисты. Таких в глубинке называют «парикмахерши». Именно так, с «ши» в качестве окончания. Без «ш» обращаться к Людмиле Гоготовой или Наталье Гавриловой, которые с 1992 года стригут головы жителей Рыльска, было бы как-то неуважительно — 26 лет стажа и тысячи метров волос, какие же они парикмахеры.

А стригут рылян женщины более четверти века в здании аккурат напротив здания «Курскпромбанка» в самом центре старинного Рыльска. И это именно они, вдвоем, с точки зрения
«Курскпромбанка» и Рыльского районного суда, ну или Федора Хандурина и Любови Николаевой (не знаем уж точно), закачали в подвал под банком 500 тонн воды за два дня ― с 12 июня 2017 года по 14 июня 2017 года…

Я ТВОЙ СУД ТРУБА ШАТАЛ

С точки зрения здравого смысла, обоснованности и доказанности обстоятельств, послуживших основанием для такого решения суда, оно не выдерживает никакой критики. Абсурд. Образец, вернее, такового.

Так, в решении указано, что «основной причиной попадания воды в подвал ПАО «Курскпромбанк» явилась утечка из пластмассового водопровода диаметром 40 мм на врезке в колодце на углу здания № 24 по улице Дзержинского. Не зная об особенностях водопровода, работники, выполнявшие подключение, установили седло на металлическую трубу и осуществили врезку. В результате чего был поврежден… водопровод внутри водопровода. Секретная труба. Дескать, через многочисленные отверстия, образовавшиеся в ней в результате длительной эксплуатации и коррозии за пределами колодца, вода попала под землю и далее ― в подвалы ПАО «Курскппромбанк». В общем, «как мне кажется» — именно таким образом, суд установил основную причину появления 480 000 литров воды в подвале истца. Притом что в самом колодце, в котором была произведена врезка, отсутствовала вода, вытекшая из поврежденного водопровода. Данное обстоятельство свидетельствует об отсутствии повреждений водопровода в месте производства работ по врезке. Но в материалах дела отсутствуют доказательства, на основании исследования которых суд смог бы установить локализацию повреждений водопровода, послуживших источником утечки воды. Ну то есть вместо установления точного места протечек воды судом был сделан произвольный вывод о механизме попадания воды в подвалы ответчика — через  многочисленные отверстия». Произвольным этот вывод является потому, что никто эти «многочисленные отверстия» не видел, местоположение их не зафиксировал и не описал. Сведения об осмотре водопровода специалистами «Горводоканала», в ходе которого были бы обнаружены эти самые «многочисленные отверстия», в материалах дела отсутствуют. Вообще доказательств их наличия в деле нет. Только фееричное предположение суда. И выводы о причинах утечки, которые носят исключительно предположительный характер. В связи с чем сам факт их существования является не чем иным, как предположением суда. Такого рода выводы не могут быть положены в основу решения. Но кому могут быть интересны такие подробности, да, Любовь Николаевна и Федор Григорьевич? Да вот, оказалось, могут быть.

ЕЩЕ ЧУТЬ-ЧУТЬ ФАНТАСТИКИ

Вернемся к утроению кубометров. Более подробно. Ну просто чтобы абсурд ситуации достойно аргументировать. Итак, суд решил (не журналисты, отметьте, придумали. ― Прим.авт.), что количество откачанной из подвала здания «Курскпромбанка» воды — 480 кубических метров. Из материалов дела следует, что общая площадь подвала составляет 267,4 кв. м. Из других документов, имеющихся в деле, в том числе из заключения судебной экспертизы, следует, что уровень воды в подвале составлял от 20 сантиметров до метра. Нехитрым арифметическим действием, предположив, что средний уровень воды находился где-то посредине указанных отметок, можно сделать подсчет максимального объема
воды, который мог поместиться в подвале в период залива: (0,2 + 1,0): 2 х 267,4 = 160 куб. м. Результат примерно в три раза меньше объема воды, указанного в решении. Полученный расчет соотносится со справочными данными таблицы Шевелева 1962 года для гидравлического расчета водопроводных труб, который используется при проектировании трубопроводов. В соответствии с коими из трубы диаметром 32 мм, из которой, по мнению суда, произошла утечка, за сутки может вытечь всего 122,4 кубометра воды при полном напоре. За двое суток ― соответственно 244,8 куб. м. Вместе с тем все тем же решением суда установлено, что утечка происходила не через полное сечение трубы, а через  многочисленные отверстия», размер которых не установлен. Данное обстоятельство, безусловно, должно было бы оказать влияние на количество воды в сторону существенного его уменьшения. Но даже и без учета уменьшения расхода воды из поврежденного водопровода с 12 по 14 июня прошлого года попросту не могло вытечь полтысячи тонн воды. Столько, сколько было как бы выкачано аварийной службой. При условии же что данные о количестве откачанной воды (как без мата сказать-то? ― Прим. авт.) достоверны, из них следует вывод о том, что утечка воды при врезке была не единственным источником попадания воды в подвал здания «Курскпромбанка»? Так казалось бы? Ан нет.

МАРАЗМ КРЕПЧАЛ…

Кроме того, наличие такого количества воды свидетельствует и о ее попадании из других источников в течение более продолжительного времени. А не двух дней.

Так, в материалах дела, имеющихся у суда, например, содержится выписка из журнала вызовов аварийных бригад за 12.05.2017 года, а также другие доказательства того, что за месяц
до врезки ответчиками имело место аварийное отключение водоснабжения дома 24 по улице Дзержинского в Рыльске и выполнялись ремонтные работы в водопроводном колодце, из которого осуществляется водоснабжение здания банка. Именно в этом колодце подключено здание банка к водопроводной сети. И из него выходит какая-то контрабандная труба в трубе диаметром 32 мм, питающая водой здание банка и заходящая в его подвал. Однако суд эти обстоятельства не исследовал, несмотря на представленные в материалы дела письменные доказательства. Оценку самому событию и его последствиям суд также не дал. Фигня какая-то, чего ей внимание уделять-то?

АХ, ОСТАВЬТЕ…

Ну и еще ряд «мелочей» суд не счел нужным учесть. Так судом не были исследованы обстоятельства изменения конструкции ранее существовавшего металлического водопровода. Основной причиной течи воды из него стало применение не соответствующего его конструктивным особенностям способа врезки. Дело в том, что никто, в том числе «Горводоканал», не был уведомлен об изменении конструкции данного водопровода. А именно — протаскивании внутри металлической трубы другой трубы, контрабандной. Организация, эксплуатировавшая данный водопровод, не была извещена о его реконструкции, что привело к врезке недопустимым способом.

Судом не была дана оценка тому, что в подвальном помещении здания «Курскпромбанка» имеются окна, выходящие на улицу и расположенные на одном уровне с поверхностью тротуара. В связи с чем дождевая вода могла легко попадать в подвальное помещение.

Свидетели поясняли, что тротуарная плитка, уложенная вдоль фасада здания «Курскпромбанка» ежегодно размывается и проваливается, это требует ее ежегодного ремонта. И что во время дождя стекающая по улице вода регулярно попадала в подвал именно через подвальные окна. Эти же свидетели пояснили, что на фасаде здания всегда существовали трещины, что их ежегодно ремонтируют, но они вновь появляются.

Судом не была дана оценка доводам о том, что в здании банка (к вопросу об архитектурном и историческом наследии. — Прим. авт.) производился капитальный ремонт, в ходе которого деревянные лестница и полы были заменены на бетонные, покрытые плиткой, что значительно увеличило нагрузку на фундамент и привело к появлению трещин, перекосов и просадок конструкций. Факт замены лестницы не был опровергнут и является установленным. Изменение нагрузки на фундамент могло привести к его осадке, что неизбежно повлекло бы появление трещин и перекосов. Однако ни сам факт производства указанного ремонта, ни последствия замены конструкций судом не исследовались.

Мотивы, по которым суд уклонился от оценки доказательств, не указаны. Вышеперечисленные доказательства позволяли установить обстоятельства, опровергающие доводы банка и обоснованность исковых требований в целом. Но суд уклонился от их исследования и оценки, принял все доказательства банка и отклонил или проигнорировал все доказательства
двух «парикмахерш». В большинстве случаев мотивировка отсутствовала, а в тех случаях, когда она имела место, была формальной. В данном случае судом был нарушен принцип равноправия и состязательности сторон, установленный ГПК РФ. Это является существенным нарушением норм ГПК РФ, повлиявшим на правильность решения, и исключает признание судебного акта законным и обоснованным. Но и это далеко не все. Переходим к основе решения — судебной экспертизе и личностям экспертов.

ЖЖЕМ ДАЛЕЕ?

В соответствии со статьей 1064 ГК РФ, причиненный вред возмещается при наличии причинно-следственной связи между действиями лица и наступившими в результате этих действий последствиями. Причинно-следственную связь между действиями двух женщин-ответчиц по врезке водопровода и наступившие последствия в виде повреждения здания банка суд установил на основании заключения судебной строительно-технической экспертизы № 708/18 от 22.06.2018 г., производство которой было поручено ООО «Эксперт» и выполнено экспертами Максимович и Шумаковой. Оценивая их заключение, суд пришел к выводу о том, что судебная экспертиза проведена в соответствии с требованиями закона и оснований не доверять ее выводам не имеется. Однако есть обоснованные сомнения в объективности судебных экспертов и достоверности результатов экспертизы. В ходе рассмотрения дела ответчицы заявляли ходатайство о вызове в судебное заседание судебных экспертов для дачи пояснений по проведенной ими экспертизе, но оно было отклонено
судом. Ну не захотел высокий суд, бывает

Также было отклонено ходатайство ответчиков о проведении повторной экспертизы. Не почему-то. Просто так. Между тем некоторые небольшие сомнения вызваны не этим. Вызывает некоторое сомнение у любого здравомыслящего человека, например, квалификация эксперта Максимович.

Точнее — предоставленная экспертом копия сертификата соответствия № 236/20, имеющая срок действия с 22 июня 2012 года по 22 июня 2021 года, выданного, как следует из его текста, 15 июня 2018 года. Такое маленькое путешествие эксперта вперед в прошлое суд, однако, не только не возмутило, но и попросту не было им замечено.

Исследовали объект эксперты тоже весьма странно. Они применили следующие методы исследования: исследование документов, анализ информации из смежных документов, метод
сопоставления информации с нормативными источниками, математические вычисления, визуальный осмотр и фотографирование объекта.

Очевидно, что перечисленные методы исследования не могли позволить экспертам сделать обоснованные выводы по всем поставленным вопросам. В частности, судебными экспертами не производился обмер объемов работ, необходимых для устранения выявленных дефектов. Данное обстоятельство исключает возможность определения стоимости ремонтных работ.

На результаты судебной строительно-технической экспертизы повлияли также иные допущенные судом ошибки при ее назначении. В частности, на разрешение экспертов не был
поставлен вопрос о давности и механизме образования всех дефектов здания, которые будут ими выявлены при осмотре. Судебные эксперты не производили обмер всех «выявленных» ими повреждений строительных конструкций, возникновение которых обусловлено затоплением подвала. Несмотря на это обстоятельство, в заключении судебной экспертизы имеются сметы (??? — Прим. авт.), в которых объемы работ указаны с высокой точностью: например, заделка трещин в кирпичных стенах — 1,2 м, 5,6 м, 4,4 м в различных помещениях 2‑го этажа. Откуда взялись эти цифры ― из материалов экспертизы не усматривается.

Судебные эксперты указали на то, что имеется «наличие глинистого грунта на полу помещения подвала здания. Толщина намытого грунта достигает 20 см…». Эксперты вот только не указали, каким методом они определили толщину «намытого грунта». В процессе осмотра здания шурфы не откапывались, в том числе и в подвале, что исключает возможность выводов о толщине намытого грунта. Более того, полы в подвале — грунтовые, что также исключает возможность подобных выводов эксперта, потому что он не определил отметку пола до залива подвала и не сравнил ее с этой же отметкой после залива. При отсутствии таких измерений установить толщину намытого грунта невозможно.

Кроме того, выводы о наличии намытого грунта противоречат результатам обследования здания в 2017 году, выполненного специалистами ООО «Эксперт-Оценка», в котором отмечена просадка «грунтового пола» в подвале и его намокание на глубину более 30 см. Что, с одной стороны, подтверждает: пол в подвале грунтовый, а с другой ―исключает сам факт наличия намытого грунта. Судебными экспертами вообще не производилось исследование грунтов основания фундамента здания с целью определения их качественных характеристик, несущей способности, наличия просадки фундамента в результате намокания грунта основания. Несмотря на данное обстоятельство, ими были сделаны выводы,
фактически установившие просадку фундамента здания. Причем, отвечая на этот вопрос, эксперты руководствовались сведениями, полученными… из технических материалов на здание и систему водоснабжения, переданных им в ходе осмотра здания представителем истца — «Курскпромбанком».

ПРАВОСУДИЕ? НЕЕЕ… НЕ СЛЫШАЛИ…

Кстати, это обстоятельство свидетельствует о грубом нарушении судом и экспертом процессуального порядка назначения и проведения судебной экспертизы. Кстати, был нарушен
и принцип непосредственности судебного разбирательства. При проведении судебной экспертизы эксперт использовал документы, которые были ему переданы вне судебного производства: эти документы не были предметом исследования суда, который не принимал решения о приобщении их к делу. Более того, в материалах дела вообще отсутствуют сведения о том, какие именно технические документы были переданы эксперту для проведения судебной экспертизы, и эти документы вообще не были приобщены к материалам дела. Уже одного этого основания достаточно для признания заключения судебной строительно-технической экспертизы № 708/18 от 22.06.2018 г. недопустимым доказательством. Это если фальшивого сертификата как бы недостаточно.

Тут вот недавно в Курске судья Ленинского районного суда, вполне уважаемая и умная госпожа Журавлева, вроде как позволила в частном разговоре назвать недоюриста, недоучку
и вообще недоумка идиотом.

Клиентка идиота вроде как это записала. И дала прослушать запись идиоту.

Далее все то же: вроде как идиот понесся в здание на улице Марата по соседству с костелом. В облсуд. Где раздул идиотский скандал. Внесудебное общение. Вроде как именно поэтому
судье Журавлевой незадолго до пенсии пришлось написать заявление по собственному желанию.

Все сказанное выше до описания этой гипотетической истории вроде как должно было бы заставить госпожу Николаеву взять свое решение, эту статью и готовое заявление «по собственному…» на имя Василия Григорьевича Золоторева, председателя облсуда, и мчаться в Курск. Что же, посмотрим. К тому ли Григорьевичу отправится судья Любовь. Федорова? А, нет, простите, Николаева. Но какая, впрочем, разница, это ж такая мелочь — фамилия…

СЛАБОУМИЕ И ОТВАГА?

Как там в начале публикации одна из глав называется? Какой там «лаундеринг и правосудие…». «Слабоумие и отвага» — вот как нельзя более подходящий заголовок. И это безотносительно к парикмахер(ш)ам. А применительно к ситуации, в которой решением от 25.07.2018 г. Рыльский районный суд под председательством судьи Любови Николаевой исковые требования Федора Хандурина в лице «Курскппромбанка»… удовлетворил полностью. Ну а почему бы, как говорится, не удовлетворить-то. Свои же люди. Соседи. Рыляне. И какие прокачки или отмывки могут проходить через местечковые банки, подобные КПБ? Разве что сотни-другой тонн воды, благодаря чему можно засудить пару парикмахерш.
Куда как достойно для банкира, не правда ли? А вы говорите — «дело Магнитского». И об исчезновении из бюджета Российской Федерации 5 400 000 000 рублей. Тогда, как показало расследование, легализация незаконно полученных денег потребовала более десяти тысяч транзакций через десятки банков только на территории России, причем каждая операция
проводилась через фиктивную фирму. Курскому банкиру Федору Хандурину достаточно 400 000 рублей, полученных благодаря «правосудию» с двух соседок. Рылянок. Ах да, еще — два раза по 40 копеек…

АВТОР
Денис ШАЙКИН

Related posts

Leave a Comment